В то же время жанр пейзажа является на редкость трудоемким: чтобы создать истинное произведение искусства, от фотографа требуется творческая дерзость, высокое мастерство и глубокая культура. Дерзость — ибо пейзаж — это неотъемлемая часть необъятной и могучей стихии, каковой является природа. Мастерство — ибо любой неточный технический штрих, который остался бы незаметным в репортаже, производственной съемке, жанровой сценке, может лишить снимок души, исказить настроение, переданное при съемке сюжета, поразившего ваше воображение. Культура — ибо, рассказывая о природе, автор невольно должен сказать и о себе, о своем понимании ее, попытаться выразить свое творческое кредо во внешних формах этого бесконечного по разнообразию сюжета. Ведь только в единстве природы и художника, взволнованного ею, может родиться произведение пейзажного искусства, способное найти путь к сердцу зрителя, передать ему идеи, мысли, мироощущение автора.
Пейзаж — это портрет природы. И как всякий портрет, он имеет не только художественную ценность, но и позволяет решать множество прикладных задач. Документальный пейзаж нужен географам, геологам, службе охраны природы. Все меньше и меньше на Земле не тронутых деятельностью человека уголков, и их тщательная регистрация позволяет создать своеобразную «Красную книгу» исчезающих ландшафтов. Пейзаж «на память» — массовая продукция туристов и путешественников, создающих архив увиденного, которое приятно вспомнить самому и поделиться с друзьями. Пейзаж может стать и обличением, обвинительным документом варварского отношения к природе, памятникам архитектуры, историческому наследию предков. И в любом прикладном качестве он может возвыситься до вершин истинной художественности, прославившей имена многих великих фотографов прошлого и настоящего.
Технические возможности современной аппаратуры привнесли в этот традиционный жанр новое качество. Если городской пейзаж сразу прижился в фотографии, снимки с изображениями живых
уголков природы долго не удавались — ведь надо было передать трепет на ветру листвы и травинок, дробность форм лесной чащи, высокие контрасты и переменчивое освещение, зыбкость светотени, неуловимой как рябь на поверхности воды. Современная техника позволила даже любителю перейти от обобщенных и искусственно «замороженных» форм пейзажа к его воплощению во всех проявлениях динамики подлинной жизни. Необыкновенно расширилась и изобразительная палитра фотографа. Иногда, даже помимо желания автора, точность воссоздания природных форм становится настолько достоверной, что незамысловатый любительский пейзаж приобретает силу протокола отношений человека и природы, воздействующего всей мощью документальной правды на воображение зрителя.